Книги
Философия
Жизнь по Кьеркегору

Кьеркегор

ШПИОН НА СЛУЖБЕ ГОСПОДНЕЙ

Коллективности  с  ее  «дьявольским  принци­пом нивелирования»  (6,  17,  114) противопо­ставляется    разобщение    и    дезорганизация. Приобщение   каждой   отдельной   личности   к достижениям  культуры,  овладение  ею  исто­рическими достижениями цивилизации расце­ниваются  Кьеркегором  не  как  рычаги  про­гресса,  способствующие развитию  личности, ее восхождению  на  высшую  ступень,  а  как обезличивающие факторы. «...Культура, — по его  словам, — делает  людей  незначительны­ми, она совершенствует их как экземпляры, но   лишает   индивидуальности...»    (7,   592), превращает большинство людей в «притупив­шиеся Я» (7, 628), в «дрессированных обе­зьян» (9, II, 149).

   Человечность Кьеркегор  трактует  не  социально, не гуманистично, а антисоциально, индивидуалистично. Идеалу социальной гар­монии противопоставляется монадическое расщепление. Единичное рассматривается не диалектически как грань общего, а антиноми­чески как его альтернатива. Всякое едино­мыслие и сотрудничество представляются в кривом зеркале Кьеркегора как обезличка. При этом «людьми становятся благодаря то­му, что обезьянничают другим... Не отличает­ся от других — стало быть, это человек» (7, 407). Нет ничего более чуждого воззрениям Кьеркегора, чем мысль о расцвете личности как функции коллективного творчества, со­участия в коллективных начинаниях и свер­шениях, духовного взаимообогащения в про­цессе социального сотрудничества и товари­щеской взаимопомощи. Коллектив немыслим для него как содружество личностей, как единство многообразия в труде, в исканиях, в борьбе за общее дело.

Если по отношению к существовавшему социально-политическому строю «аполитич­ность» Кьеркегора, как мы видели, есть не что иное, как самый косный консерватизм, то в отношении к социалистическому движе­нию, возникшему в его время, проповедник культа «Единичного» непримиримо вражде­бен. «В бурный период появления новых фер­ментов социализма и первых великих рабочих революций он оставался поразительно чуж­дым проблемам, вставшим перед обществом в процессе технического и политического раз­вития» (49, 179). Более того, проблемы эти были не только чужды Кьеркегору, но отпу­гивали его, вызывая в нем «страх и трепет», хотя и совершенно отличный от проповедуе­мого им страха за первородный грех.

Вышедшее   в   1846   году   кьеркегоровское «Литературное    сообщение»    не    оставляет никаких сомнений в его нетерпимости и нена­висти к молодому социалистическому рабоче­му движению.  Сравнивая  великое с  малым, Лёвит  называет   это   произведение   датского философа   «антикоммунистическим   манифес­том»  (76,   130). Вот что мы читаем в этом творении   «Единичного»:    «Мы   как   нельзя дальше от того, будто идея общества, коллек­тива    станет   спасением   нашего   времени... Принцип ассоциации  (который может иметь значение самое большее по отношению к ма­териальным интересам) является в наше вре­мя    не    положительным,    а    отрицательным;  это — уловка, отуманивание, обман чувств...» (6,   17,  113).  Единение множества, усиливая индивидов, морально их ослабляет. Для Кьер­кегора социализм — не высвобождение лич­ности, открывающее перед ним широкие го­ризонты всестороннего прогресса, а ловушка для закабаления личности. «В самый разгар европейского   кризиса   1848   года   Кьеркегор объявляет себя решительным антиреволюци­онером и антидемократом» (51, 96). Поверяя свои страхи «Дневнику», он пишет: «Из всех тираний тирания равенства самая опасная... Больше всего ведет к тирании коммунизм...» (8, 215). Иначе и не мог думать человек, для которого народ, народные массы — пугало, а собственное превосходство — икона.

Вот какими мрачными красками рисует антигуманистическое по существу своему во­ображение Кьеркегора призрак, бродящий по Европе, — призрак коммунизма: «Комму­низм

 

Приелись рутинные обязанности, загляни в клуб вулкан и сайт eltekgroup.ru.